Волга идёт в разлив, плывут бабки,
Кто накасарезил туго залезет в удавку,
Маменькины сынки стали мусорами,
По помятым мозгам пройдём утюгами.

По любимым тоска, боль у виска, слабому горе.
Галимо по ящику в новостях тараторят.
Дым столбом кружит, куча кофейных кружек,
Телефон трещит, видать, пока кому-то нужен.
Под ногами битая посуда - был скандал.
Достал плюс недостатков груда, устал.
Акулам корм коли на море шторм. В гости
Вчера пацаны приходили, играли в кости.
Для них по жизни бег давно сменил ходьбу,
И суета - это шанс одурачить судьбу.
Деньги летят в трубу, пацан, давай взвесим
Шансы свалить с района, хотя б на месяц.
У многих руки в говне, а думают, что в золоте.
Мои пацаны утонули в хмеле и солоде,
Да и я не ангел, давно не те крылья,
Но кто бог, когда глотаю пыль я?

Волга идёт в разлив, плывут бабки,
Кто накасарезил туго залезет в удавку,
Маменькины сынки стали мусорами,
По помятым мозгам пройдём утюгами.

Волга идёт в разлив, плывут бабки,
Кто накасарезил туго залезет в удавку,
Маменькины сынки стали мусорами,
По помятым мозгам пройдём утюгами.

По любимым тоска, боль у виска.
Я где-то меж стаканом виски и попыткой сна.
Или так действует весна?
Или просто дома потолок стал низко?
Песка в глаза насыпали будто.
Я сливаюсь отсюда, от каждодневного блюда.
Через минуту посадка на рейс,
Где я опять могу начать всё с нуля пока есть сила.
Бесила бы эта трясина.
А таких, как я, привлекало всегда жить красиво.
Вникала, в жизнь не втыкала, как в горло вилы,
И уходила, где льётся текила.
Тем временем дружками стали друзья, дружки - знакомыми.
Подружки чьими-то жёнами. Временно.
Ты во мне так нельзя быть уверенным.
Не судите предвзято, я здесь транзитом.

Моя Самара уже давно не городок.
Вернуться лет на пять назад хоть бы на часок.
Дружок с армейки пишет: «От бабы писем нет»,
Но я-то знаю - новый хахаль у неё, старый сюжет.
На районе всё те же лавки, те же лица.
Бывает, с кем-то иногда придётся раскуриться.
И все мечтают: будет золото, будет порча.
Сгоряча признают пацанчики богача.
Будни наступают на пятки рано с утра.
Для таких, как мы, работа, как для пса конура.
По вечеру назад в трали-вали мимо бутиков.
Давки в толкотне полного смеха и криков.
Я вернусь домой, как сотни Магелланов,
Которые достигли цели долгожданной.
Район - дыра, а хата - кантейка,
Судьба - индейка, а жизнь - злодейка, сын.

Волга идёт в разлив, плывут бабки,
Кто накасарезил туго залезет в удавку,
Маменькины сынки стали мусорами,
По помятым мозгам пройдём утюгами.

Водка идёт в разлив, плывут бабки,
Кто на косарзит туго залезет в удавку,
Маменькины сынки стали мусорами,
По помятым мозгам пройдём утюгами.