Miren cómo nos hablan
de libertad
cuando de ella nos privan
en realidad.
Miren cómo pregonan
tranquilidad
cuando nos atormenta
la autoridad.

¿Qué dirá el Santo Padre
que vive en Roma,
que le están degollando
a su paloma?

Miren cómo nos
hablan del paraíso
cuando nos llueven balas [bad word] granizo.
Miren el entusiasmo
con la sentencia
sabiendo que mataban
a la inocencia.

El que ofició la muerte [bad word] un verdugo
tranquilo está tomando
su desayuno.
Con esto se pusieron
la soga al cuello,
el quinto mandamiento
no tiene sello.

Mientras más injusticias,
señor fiscal,
más fuerzas tiene mi alma
para cantar.
Lindo segar el trigo
en el sembrao,
regado con tu sangre
Julián Grimau.

(1960-1963) 

«Что скажет святой отец» 

Смотрят, как о свободе 
нам говорят, 
тотчас же отнимая 
ее назад. 
Холодно наблюдают, 
как нам о счастье, 
мучая и пытая, 
вещают власти. 

Что скажет Римский Папа, 
когда на деле 
белым его голубкам 
сломают шеи? 

Смотрят, как нам вещают 
о новом рае, 
в час, когда мы печали 
полны до края. 
Празднуют исполнение 
приговора, 
зная: здесь убивали 
всех без разбора. 

Что скажет Римский Папа, 
когда на деле 
белым его голубкам 
сломают шеи? 

И, совершив культ смерти, 
без сожаленья, 
добрым палач гордится 
пищевареньем. 
Долго ль ему накинуть 
петлю на шею, 
хоть не стоит печати 
в распоряженье? 

Что скажет Римский Папа, 
когда на деле 
белым его голубкам 
сломают шеи? 

Этого беззаконья 
уже терпеть 
больше душа не может. 
Нет сил и петь. 
Будут всходить на славу 
хлеба на поле, 
твоей, Хулиан Гримау, 
политом кровью. 

Что скажет Римский Папа, 
когда на деле 
белым его голубкам 
сломают шеи?