Знать бы, где растворяется память, помочь ей,
Медленно гибну внутри, снаружи теряю я почву.
Вижу меняется почерк, а так в прочем не важно,
Тону в мыслях, идя на дно, как кораблик бумажный. 
Мир крошится на пол кучей неверных поступков,
Убиваю свой разум, я невольный преступник.
Еле движутся губы, дико покусанные до крови,
Я сам себе жалок, хоть далеко не жалок на вид.
Много масок лица среди запыленных витрин,
Я выбрал одну без эмоций, где шрамы и грим.
Вдохновляют чашка кофе и плотненький бит,
При том, я невежа и хам, но прошу не винить. 
Истоптал свою душу, в чужих лазя так часто,
Не помог никому, но настанет и час мой,
Доведу все  до финального гонга,
Прочитав жизнь, как книгу, от корки до корки.

Сколько раз я терял веру в себя,
Сколько раз все смог поменять?
Сколько зашито ран и не пал пока,
Сколько шел на таран, давал по колпакам.

Я не один, но эта мысль в голове так часто,
Любил ловить ха-ха, но очковал сторчаться.
Не нашел себя, но нашел свое пристанище,
Думаю часто, что останется душа ни с чем.
А ты суди меня построже, госпожа Фемида,
Я прячу многогранный облик за своим ником.
Где моя улыбочка, что заснимет Nikon,
Я не тот, кто радость замеряет в литрах.
Палитра плавно переходит в черно-белый фон,
Окутывает плотно страх, если ты никтофоб.
Паника. Поника в падиках. Party Club,
Боишься, что отпустить. А пуси рядом потекла.
Не хочу сказать не то и редко открываю рот,
Так часто собеседник мой - Microsoft Word.
Страшно, когда не тот итог и пуля в лоб,
Страшно, понять, что ты никто и фобофоб.

Сколько раз я терял веру в себя,
Сколько раз все смог поменять?
Сколько зашито ран и не пал пока,
Сколько шел на таран, давал по колпакам.

Помню о смерти для жизни, так нужно,
Танатофобия, увы, не спрячет наружность.
Знаю, что спокойствие - это мое оружие,
Боюсь это забыть и верю, страх поможет мне.